Валентина Валентиновна Шуликовская

 Rus /  Eng    

Бесконечность и бессмертие

«Когда решится вопрос о возможности переброски ”программного пакета” из органического носителя на неорганический, вопрос перенаселения, путешествий, выживаемости и т.д. решится сам собой на какой-то период времени, а заодно и изменит качество и количество жизней».

Ага, жить как можно дольше, жить любой ценой, неважно зачем, лишь бы жить. И един­ственная проблема, которая тут возникает: чего кушать будем (в широком смысле слова). А с бесконечностью лучше не заморачиваться, как и со смыслом жизни, авось и без заморочек пронесет.

Строго говоря, своего отношения к смерти я вообще еще не формулировала. Правильнее сказать, что я предлагала разные варианты отношения к ней – для демонстрации других своих идей. Видимо, поэтому мое отношение к смерти Вы считаете сумбурным.

Немного выше в этом же блоге я писала о том, что бесконечная продолжительность жизни невольно эту жизнь обесценивает, превращая ее в убогий однообразный сериал, лишенный всякого смысла. Добавлю сюда, что, помимо бесконечности внешней, существует еще и внутренняя бесконечность. Для знакомых с математическим анализом: помимо бесконечно больших величин существуют и бесконечно малые, любой отрезок прямой столь же неисчерпаем, сколь и сама прямая. Так что отказ от бессмертия вовсе не означает отказ от бесконечности в целом. Или, как я написала на сайте www.chronos.msu.ru, объясняя, почему меня интересуют проблемы времени:

Я полагаю, что и увеличение материального благосостояния людей, и удлинение жизни вместе с ростом качества жизни и перспективой бессмертия, и освоение новых пространств, в том числе в космосе, и даже накопление информации об окружающем мире – все это экстенсивные пути развития цивилизации. По-разному, в разной степени, но экстенсивные. Успешные в ближайшей перспективе, но провальные стратегически. (Надо ли объяснять, что перспективу в несколько сотен лет я полагаю ближайшей?) А интенсивный путь развития, наиболее приемлемый, на мой взгляд, – это увеличение глубины проживания каждого момента времени каждым отдельно взятым человеком, рост количества и качества связей между различными моментами времени. Вряд ли мне удастся сформулировать более точно, по той простой причине, что в нашем языке пока еще нет соответствующих слов, их еще предстоит придумать, они еще должны обрасти смыслами. Но даже при такой формулировке очевидно, что решение этой задачи неизбежно будет связано с осмыслением и освоением времени, с сознательным изменением имеющегося на сегодня «обычного» восприятия времени.

Наконец, позволю себе напомнить, что я ведь тоже воспитывалась в человеческом обществе и тоже разделяла когда-то Ваше понимание вечности и бесконечности. Точнее, разделяю. Еще точнее: где-то, в недосягаемых ныне 1980-х годах, живет девочка, носящая одно имя со мной и разделяющая все воззрения и заблуждения своих современников. Я могу «прогуляться в гости» к этой девочке, влезть в ее шкуру, понять, как она живет и чем дышит. Но перенять ее взгляды навсегда – не хочу.

(Опубликовано на сайте «Центр предвосхищения»)